Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
04:49 

Tekken - drive-story 2

Шу-кун
Kimse tutamaz beni artık ©
Фандом: Tekken
Автор: Шу-кун
Название: Незримая Смерть - 2. Вьетнам
Персонажи: Хоаран/Джин Казама (Hwoarang/Jin Kazama), Демон (Devil Jin)
Размер: часть - миди (~17000 слов), обе части - овер 32 тысячи (макси)
Рейтинг: 13+ (для этой части)
Жанр: экшн, АУ, юмор, drive-story (hit-story)
Категория: слэш
Предупреждение: ER, АУ, постканон, drive-story (hit-story)
Дисклэймер: NAMCO
Размещение: запрещено
Авторские примечания: вторая часть. Комментарии - сюда




Часть 2. Вьетнам


На автобус до Фантхьета они едва не опоздали: пока Джин разбудил рыжего, пока придумали, куда девать несостоявшегося убийцу и спорили насчёт его пола... В общем, предложение Хоарана заглянуть злодею в штаны вывело Казаму из себя окончательно. Он шустро вымелся из номера и отправился в холл, и вскоре кореец его нагнал. Даже не потрудился убрать с рожи довольное выражение, зараза!
- Ненавижу... - пробормотал себе под нос Джин по-японски, влез в салон автобуса и показал водителю билет, после чего преспокойно отправился в самый хвост, где и уселся у окна. Как же! Рыжий немедленно вцепился в него мёртвой хваткой и в итоге всё-таки согнал с облюбованного места. Теперь у окна сидел Хоаран, а Казама расположился рядом. Хоаран ещё и окошко опустил, хотя это оказалось к месту - не так жарко и душно. Особенно во время движения автобуса.
Джин искоса наблюдал за напарником, и тот умудрился несколько раз поймать его взгляд. В конце концов, пришлось посмотреть куда-то ещё, дабы кое-кто не возомнил о себе слишком много. Прежде всего, он отметил клетку с курами у пожилой женщины на коленях. Дамочка сидела в середине, но кудахтанье раздавалось, наверное, на всю дорогу. Она честно попыталась прикрыть кур чем-нибудь, чтобы в темноте те унялись, да куда там. Учитывая дикую тряску внутри автобуса и навыки шофёра...
Вот теперь Казама понял, что рыжий имел в виду, когда говорил о достопримечательностях Вьетнама. И понял, почему Хоаран так настаивал на том, чтобы сидеть у окна. С нынешнего места Джину всё казалось относительно приемлемым - насколько это вообще возможно. Он хотя бы не видел шарахавшийся в стороны транспорт, обрывы под окном и прочие "прелести", а лишь чувствовал толчки, рывки, вихляния и прочие атрибуты, присущие стилю местных водителей.
Через полчаса нервотрёпной поездки он простил пассажирам громкие молитвы и завывания, и воскуривания благовоний, и сжатые в ладонях талисманы. Даже проникся атмосферой и подумал о том, что неплохо бы прикупить на первой же остановке парочку талисманов или амулетов, благо, те продавались как раз на остановках - далеко ходить не надо, можно просто высунуться в окошко, отдать деньги и получить товар сразу в руки.
Рыжий неожиданно уронил голову Джину на плечо. Казама сначала хотел оттолкнуть его, но потом понял, что Хоаран задремал. Отталкивать не стал, слегка откинулся на спинку сидения и чуть повёл плечом, чтобы корейцу было удобнее. Тот тихо вздохнул, подвинул голову, пощекотав непослушными прядями шею, и засопел себе дальше.
Соня.
С другой стороны... С другой стороны, за время хождений по джунглям он практически не спал и всегда брал себе первые вахты. И будил он Джина намного позже срока. В идеале им полагалось спать по два часа, а на деле кое-кто спал три-три с половиной часа, а рыжий - всего час-полчаса. В отеле они проспали восемь часов, и Казаме едва-едва хватило этого, чтобы толком отдохнуть. Но этого точно не хватило Хоарану: ведь, не считая джунглей, он ещё и из Кореи курьером добирался. Будить его или же мешать нормально отдохнуть в сложившихся обстоятельствах было бы настоящим свинством.
Джин невесомо провёл рукой по рыжим волосам. Случайным наблюдателям показалось бы, что он просто помог Хоарану расположиться комфортнее, а на самом деле банально погладил. Захотелось. Во сне кореец всегда выглядел иначе: такой спокойный и умиротворённый, тихий и даже счастливый. Джин невольно улыбнулся, чуть повернул голову и наткнулся на внимательный взор мальчугана, сидевшего впереди. Малыш осторожно смотрел на них поверх высокой спинки. Наверное, забрался на сидение с ногами, развернулся и устроился на коленях.
Казама подмигнул ребёнку и снова улыбнулся, но мальчик лишь сильнее нахмурился. В глазах - явная опаска. Потом он уставился на рыжего с неподдельным интересом. Хороший у него вкус, однако.
Рыжий почти сразу вскинул голову и обнаружил источник беспокойства. Не удивительно, взгляд в упор этот мерзавец чуял всегда. Снова ему поспать не дали.
Хоаран сверкнул улыбкой в адрес мальчишки и высунулся в окно, потом активно завертелся, пару раз толкнув Казаму.
- Ты можешь и дальше спать?
- А что?
- Шума меньше, - мрачно буркнул Джин, получив новый тычок в бок локтем, и заткнулся, потому что мальчуган впереди неловко сполз с сидения и сделал пару неуверенных шагов в их направлении.
- Вот чёрт... - пробормотал кореец, тоже заметивший поползновения ребёнка. Он вздохнул и поманил любопытствующего пальцем. Мальчик с опаской покосился на Казаму. Чтобы подойти к Хоарану, ему требовалось пробраться мимо Джина, и он явно не испытывал восторга по этому поводу.
- Смелее, он не кусается, - подбодрил его по-английски рыжий. И Джину немедленно захотелось кое-кого укусить. Буквально. Вцепиться зубами в ухо, чтоб неповадно было. Вероятно, эта мысль красноречиво отразилась на его лице, поэтому маленький пассажир шарахнулся назад.
- Ты можешь просто мило улыбнуться? - устало вздохнул кореец. - Чем быстрее он утолит любопытство, тем быстрее потеряет к нам интерес.
Внезапно он сгрёб Казаму за шею и деловито взлохматил тёмные волосы пятернёй.
- Эй, видишь, он смирный.
Мальчик шагнул к ним, постарался обойти Джина так, чтобы не задеть ничем и никак, и ухватился ладошками за ногу рыжего. Уставился огромными чёрными глазищами на Хоарана и даже не моргнул ни разу, пока внимательно изучал черты случайного попутчика. Затем он вытянул одну руку и несмело улыбнулся. Кореец легко подхватил почти невесомое тельце и усадил себе на колени. Ребёнок немедленно потрогал его рыжие пряди, провёл кончиком пальца по бледным шрамам на лице и погладил узоры на жилете.
- Его тоже можно потрогать, - кивнув в сторону Джина, заметил Хоаран.
Мальчик помотал головой и крепко ухватился руками за чужую шею.
- Он страшный.
- Надо же... А я полагал, что он красивый, - развеселился кореец. Убийственный взгляд Казамы он неподражаемо проигнорировал.
- Очень красивый, - тихо согласился малыш, - но страшный.
- А я не страшный и не красивый? - пришёл в полный восторг от детской оценки Хоаран.
- Много... Нет. Ты не красивый. - Мальчуган вновь потрогал шрамы на лице рыжего, а после прижал ладошку к груди слева. - Ты красивый тут.
Насчёт последнего Казама был с ним согласен, но точно не насчёт первого. Он даже оценивающе осмотрел Хоарана. Ну да, шрамы и много, но они тонкие и бледные, Джин их даже не замечал уже, и, на его взгляд, эти шрамы ничуть не портили общую картину.
- Тебе просто так кажется, - подмигнул ребёнку кореец. - Он тоже хороший.
Мальчик отрицательно помотал головой.
- Рядом со мной - хороший, - настойчиво повторил рыжий, только смотрел он при этом на Казаму.
Джин невольно напрягся. Он ненавидел подобные моменты: всегда возникало чувство, что Хоаран знал куда больше, чем кто-либо ещё. И его уверенность озадачивала. Почему он так уверен в том, в чём не уверен сам Джин? И почему, чёрт возьми, он совершенно не переживал из-за запечатанного тёмного, когда Казама по этой же причине места не мог себе найти?
Пришлось молча сидеть и размышлять на эту тему, пропуская мимо ушей тихую беседу рыжего и мальчишки. Затем ребёнок действительно вернулся на своё место, оставив их в покое, и Хоаран опять уснул, на сей раз откинув голову на спинку сидения.
Автобус продолжал ехать весьма неровно и рывками под аккомпанемент молитв, поэтому Джин охотно подставил плечо спутнику после очередного резкого виража. Яркие пряди вновь защекотали его шею. Вокруг было по-прежнему душно и жарко, а кореец отнюдь не остужал, а нагревал плечо ещё сильнее - всё такой же горячий.
Примерно через час рыжий повозился немного и вновь откинул голову на спинку. С подбородка соскользнула вниз капля пота, пробежала извилистым путём по шее и задержалась меж ключицами, ярко сверкнула в лучах солнца, дрогнула и скатилась по груди, исчезнув под металлической дорожкой "молнии". Джин прошёлся взглядом по профилю Хоарана, отыскал новую каплю на виске и проследил за её путешествием по скуле, щеке и шее. Эта капелька тоже в итоге оказалась в ямке меж ключиц, но и только. Рыжий сонно смахнул её пальцами, вздохнул и чуть повернул голову в сторону окна - навстречу слабому ветерку.
Казама позавидовал спутнику, у того хоть ветерок есть рядом, да и выглядел он далеко не таким мокрым, как сам Джин. Несправедливо. Хоаран в любую погоду горячий, как грелка, а вот Казама либо мёрз, либо, как сейчас, обливался потом - на нём вообще ни кусочка сухого нет, даже волосы влажные. Кореец же спал себе, выглядел вполне обычно, разве что время от времени на его висках проступали бисеринки пота. И, чёрт возьми, он же в коже, а вот на Джине одежда лёгкая, но толку.
Казама опять покосился на профиль спутника и вздрогнул от неожиданности. Хоаран внезапно распахнул глаза и застыл, кажется, даже дышать перестал на время, потом, извернувшись на сидении, оглянулся назад. Через минуту он сидел так, что его голова выше спинки кресла не поднималась.
- Мы будем в Виньане через полчаса, - слегка нахмурившись, заметил рыжий едва слышно. - Нужно будет сойти с автобуса. - Он сверкнул улыбкой. - Втихаря.
- Зачем? Мы же в порт едем.
- Передохнем и сделаем пересадку.
- В этом нет необходимости, - отрезал Казама. Чёрт возьми! Они в какой-то грёбаной Камбодже... То есть, в каком-то грёбаном Вьетнаме. Так вот, они тут бегают по всему Вьетнаму, удирают от кого-то, в чёртовой невыносимой жаре и... Хватит. Джину просто хотелось убраться отсюда. Он уже вдоволь насмотрелся на оружие, мины, взрывы и джунгли - на несколько жизней вперёд. И у него, проклятие всему сущему, учёба.
Хоаран промолчал, лишь бросил искоса выразительный взгляд. Его руки и плечи напряглись на миг, чётко проступили мышцы под загорелой кожей, после он отвернулся к окну, но Джин понял то, о чём он промолчал. Ему нужно было отдохнуть - рыжий впервые это признал, пусть и молча. Стало быть, он считал, что старый план не годился. Но, чёрт бы его побрал, он судил по себе. Джин вполне отдохнул и мог действовать за них обоих.
- Поедем, как и...
- Как хочешь. Я сойду в Виньане, - равнодушно сообщил ему кореец, не потрудившись дослушать до конца.
Джин с яростью стиснул кулаки. Проклятый упёртый... корейский осёл! Очень мило - слов нет. Как будто Казама мог поехать один в какой-то там город с непроизносимым названием! Он же никого и ничего там не знает! И какой вообще в этом смысл? Или рыжий считает, что Джин абсолютно бесполезен? Может, устроить ему долгожданный поединок прямо здесь и сейчас? А, ну да... Будет не совсем честно. Сначала этому рыжему заразе надо выспаться.
Джин откинулся на спинку сидения и прикрыл глаза, постаравшись унять кипевшие внутри раздражение и обиду. Скоро, правда, стало не до этого, потому что Хоаран медленно сполз с сидения на пол и достал из кармана нож. Джин озадаченно наблюдал за ним и не мог понять, что тот задумал. Сообразил позже, когда кореец на очередном резком повороте открыл люк в полу. Скрип слился с шумом и растворился в нём - никто даже не заметил, что именно провернул Хоаран.
Люк остался чуть приоткрытым из-за закреплённого в щели ножа. И сквозь узкую полоску можно было разглядеть пыльный асфальт, мелькавший под днищем автобуса. В задней части салона почти все спали, в передней всё ещё бубнили молитвы и воскуривали благовония. На обочине дороги на короткое время забелел указатель. Наверное, надпись там гласила: "Виньан".
Рыжий вернулся на сидение, бросил короткий взгляд на Казаму и вновь уставился в сторону приоткрытого окна. Джин в свою очередь посмотрел в противоположную сторону. Разговаривать не хотелось, потому что первая же фраза заставила бы его высказать всё, что он думает по поводу рыжего. И высказывания носили бы отнюдь не лестный характер.
- Остановка будет короткая. Минут десять, а то и пять, - по-прежнему очень тихо произнёс Хоаран. - На центральном вокзале. Слева - склады.
Джин оглянулся и убедился, что кореец всё так же любуется видом из окна.
- Зачем? Ты же сказал, что на автобусе безопасно.
- Безопаснее, - поправил рыжий, но взгляд от окна не отвёл. - Я ошибся. Ты доволен?
- Что помешает им найти нас, когда они поймут, что нас нет в автобусе?
- У них нет глаз прямо здесь. Сразу не поймут, тем более, если не увидят, как мы сойдём. И растеряются. Могут решить, что мы сдёрнули в другой пункт, а Фантхъет был для отвода глаз. А теперь просто заткнись, дождись остановки и следуй за мной. Молча. - Всё это рыжий выдал ровно и без каких-либо эмоций, чем подогрел злость Джина. Казама привычно промолчал, лишь с силой стиснул зубы и мысленно пару раз врезал Хоарану от души.
Как кореец и обещал, автобус остановился на центральном вокзале справа от складов. Слева к раскрытым окнам потянулись торговцы, шумно предлагавшие напитки, еду, талисманы и прочую муть. Хоаран легко соскользнул с сидения, тронул рукоять ножа и откинул крышку люка. Вдвоём они растянулись на асфальте и аккуратно вернули крышку на место.
Рыжий внимательно осмотрелся, затем быстрым перекатом ушёл из-под автобуса к бордюру, через который и перемахнул, чтобы пропасть из вида окончательно. Джин повторил этот трюк и в финале плюхнулся на корейца.
- Смотри, куда падаешь, - спихнув его в сторону, тихо рыкнул Хоаран, чуть приподнял голову над бордюром, после ухватил Казаму за запястье и утащил к проулку между складскими блоками. Попетляв там минут двадцать, они выбрались на рынок. Купить карту города труда не составило, к карте прилагались дополнения в виде городских и междугородних автобусных маршрутов. Сесть на автобус в Фантхьет они могли утром всё на том же вокзале, и билеты теперь обошлись бы им дешевле в два раза. Посчитали деньги - хватало и на билеты, и на дешёвый отель.
Отель они нашли рядом с вокзалом, чтоб уж далеко не ходить. Судя по всему, в будние дни тут с постояльцами дела шли не особо, так что они оказались единственными гостями. Заведением заправляла бойкая бабка военного вида. Она без умолку тарахтела то на родном языке, то на отличном английском. Провела их на второй этаж - собственно, в здании и было всего два этажа - и показала летнюю террасу, затем повела рукой и пояснила, что внизу есть небольшой бассейн. Оказалось, что завтракать, обедать и ужинать полагалось на террасе, в номер еду не приносили, дабы не беспокоить постояльцев. Ну и номер им достался угловой, в дальней от лестницы стороне. В номере были кровать, шкаф, стол, пара стульев и диван. Душ - в комнатушке рядом.
Рыжий договорился с бабкой насчёт ужина, и та пообещала, что через полчаса этот ужин будет ждать их на террасе.
Джин остался один в комнате, потому что Хоаран сунулся в душ, откуда вылез только через полчаса и с мокрым жилетом в руках. Кожаные чехлы он тоже снял, оставшись в джинсах. И Казаме пришлось выйти к ужину так, как был, - во влажной от пота одежде.
Им накрыли столик, что стоял напротив их номера. На цветной скатерти расставили блюда и напитки две похожие друг на друга девушки, маленькие и смешливые. Они отвесили одинаковые поклоны и убежали вниз по лестнице.
Ужинали в тишине. Казама злился всё больше: медленно, но верно. Ему очень хотелось заявить рыжему, что это именно по его милости они торчат во Вьетнаме и пытаются удрать от кого-то. Удерживало то обстоятельство, что... Не вина рыжего это, в общем-то. Будь в жизни Хоарана всё так, как раньше, то сейчас он непременно колесил бы по Европе. Но не колесил. Из-за Джина. Поэтому трудно сказать однозначно, чья именно тут вина.
Неважно. Всё равно ничто не могло оправдать поведение корейца. В конце концов, не мог же он до сих пор злиться из-за того, что Джина утащили в Камбоджу! Тогда какого чёрта? Что ему не так? Почему он ведёт себя точно так же, как в джунглях? Там у него было на это право, поскольку Казама ничего в минах не смыслил, но тут-то? Такое пренебрежение Джином не вписывалось в его обычное поведение.
Хоаран прихватил стакан с минеральной водой и перебрался к краю террасы, уселся прямо на перила, скрестив длинные ноги в лодыжках, и посмотрел вниз. Время от времени он подносил стакан к губам и делал маленькие глотки, причем не выпивал минералку сразу, а сначала немного держал во рту. В джунглях он говорил, что так легче утолить жажду малым количеством воды и надолго.
- В бассейн хочешь? - внезапно спросил он.
Джин ухватился за стакан с холодным чаем, торопливо отпил немного.
- Нет.
- Хочешь просидеть в номере до утра? - хмыкнул рыжий.
- Почему бы и нет? Я ведь даже не знаю, что происходит. И никто не спешит мне об этом рассказать.
Хоаран с минуту молча разглядывал полупустой стакан в руке, потом тихо произнёс:
- Особо нечего рассказывать. Из всего, что ты рассказал о тех психах, и всего, что знаю я...
- Я рассказал? - изумился Казама. Ничего подобного он не помнил. Кореец ни разу не спросил его о том, что случилось с момента отъезда и до момента их встречи. Ни единого разу. Ни одного вопроса. Ничего. И теперь вот...
- Да. В деталях. Между делом. Слово тут, слово там. Ты не умеешь составлять доклады, Джин. И ты не знаешь, на что надо обращать внимание в первую очередь. Я мог бы и спросить, но сам и напрямую ты ни за что не дал бы мне нужную информацию. Поэтому ты говорил, что хотел и что помнил, а я слушал. - Рыжий слегка пожал широкими плечами, исполосованными шрамами. - Мы оба понятия не имеем, во что ввязались. Те, кто забрал тебя, явно не повстанцы. Какая-то группа - возможно. Скорее всего, у них проблемы с законом, но есть поддержка в Камбодже. Те, кто хотел перехватить груз, посерьёзнее. Либо просто военный потенциал у них больше. И порядки у них тоже военные. Хотя и они с законом точно не в ладах. Не контрабандисты, не повстанцы, не торговцы оружием. Что-то другое.
- И что именно?
- Не знаю.
Хоаран допил воду, выпрямился и подошёл к столику, уселся на край точно так же, как сидел на перилах, и налил в свой стакан добавку.
- Не знаешь или просто не говоришь? - уточнил Джин.
Рыжий просто посмотрел на него искоса и сделал маленький глоток воды.
"Похоже, ему есть что скрывать", - злорадно подметил Тёмный.
- Будем исходить из худшего варианта, - тем временем рассудил кореец. - Предположим, они знают, кто я.
- И кто ты?
- Курьер.
- То есть, им известно даже меньше, чем мне? - не удержался от шпильки Казама.
"А тебе вообще хоть что-то о нём известно?" - подлил масла в огонь Демон.
- Предположим, им известно, кто ты. Не только по липовым бумажкам, но и на самом деле, - с невозмутимым лицом продолжил Хоаран.
"Прекрасно, теперь можешь навсегда распрощаться с этой рыжей кучей неприятностей!"
Джин разжал пальцы от неожиданности. Наверное, их даже свело судорогой на миг. Стеклянный сосуд упал вниз и разлетелся осколками и каплями одновременно с последними словами Демона, прозвучавшими в его голове громом. И через секунду Казама ухватился за колено рыжего обеими руками, словно тот мальчишка из автобуса.
Хоаран вздрогнул и с лёгким недоумением посмотрел на него. В светло-карих глазах застыл немой вопрос. Зато Тёмный заткнулся и пропал. Осознав это, Джин торопливо отпустил ногу корейца и вскочил со стула.
- Пойми меня правильно, я не собираюсь лезть тебе в душу, но ты...
Казама ухватился за плечо рыжего и закрыл ему рот поцелуем. Он всё понимал правильно, и Хоаран точно не лез в душу, но прямо сейчас он не мог позволить задать себе подобный вопрос. И он не собирался скрывать тот факт, что Тёмный снова с ним, просто не представлял, как это можно преподнести обыденно и можно ли преподнести вообще.
Второй стакан, выскользнувший уже из пальцев Хоарана, разбился рядом с первым. Через минуту Джина решительно отстранили. Рыжий смотрел на него пристально и немного недовольно.
- Что с тобой такое?
- Ничего.
Кореец немного наклонил голову и кончиками пальцев сжал переносицу, потёр и вздохнул. Джин понятия не имел, что он надумал и что собирался делать, но пресёк всё на корню новым поцелуем, заодно постаравшись прижаться к рыжему плотнее. Запустил пальцы в длинноватые пряди, слегка потянул. Руки Хоарана он почувствовал на своей спине со всплеском облегчения где-то на краю сознания. Горячие ладони опустились на бёдра и притянули его ещё ближе, потом перебрались вверх и принялись блуждать по бокам и спине, прикасаясь по-особенному: чуть нажимая в нужных местах, где-то сильнее, где-то слабее, иногда впиваясь в мышцы почти до боли или до лёгкой щекотки. Сплошные контрасты, но контрасты чертовски приятные. Даже больше, чем приятные. Сводящие с ума и заставляющие терять голову.
Они просто целовались, а Джин уже задыхался и чувствовал себя так, словно предавался блаженству наяву, обнажённый и в постели на смятых простынях. И словно рыжий был уже внутри.
Он запрокинул голову и зажмурился. Обжигающие прикосновения губ на шее, пальцы под влажной футболкой, танцующие на коже... Резкий рывок заставил его прижаться всем телом к корейцу и содрогнуться от всепоглощающей волны наслаждения. Невольно он крепче обнял рыжего и с тихим стоном прислонился лбом к плечу, расчерченному шрамами.
- Ты... - Голос появился далеко не сразу. - Ты... зараза!
Хоаран весело хмыкнул и мягко высвободился из объятий.
- Душ там. Если постираешь одежду, к утру высохнет точно.
- Сволочь...
- Пожалуйста, - с быстрой улыбкой отозвался рыжий, словно в ответ на благодарность.
Джин сердито закусил губу, слегка толкнул мерзавца плечом и убрался в душ. От греха подальше. Не то чтобы он не любил, когда Хоаран откалывал подобные номера, просто не понимал. Ему казалось правильным получать удовольствие вместе, но какой смысл дарить удовольствие другому, а себя обделять? Тем не менее, Хоаран так делал. Иногда. И ему для этого точно не приходилось напрягаться, ведь он знал расположение каждой чувствительной точки на теле Джина и нагло этим знанием пользовался. Чтоб его! Вместе с его проклятыми кёнг-хёль!
Казама плеснул тёплой водой в лицо и закрыл глаза.
Подарить рай одним прикосновением...
Наверное, ему не следовало бы жаловаться на этот талант рыжего, просто иногда хотелось сделать для Хоарана то же самое. Но это невозможно.
Одежду он всё же постирал и повесил сушиться.
Корейца обнаружил в номере - тот вытянулся на диване, закинув левую руку за голову и согнув в колене левую ногу. Подошёл поближе и прислушался к дыханию: ровное, замедленное. Осторожно присел на край рядом и смахнул пальцами рыжие пряди со лба, Хоаран не проснулся. Причём даже во сне он дышал по всем боевым правилам - грудь почти не двигалась, да и дыхание едва слышное. Интересно, как это мастер Бэк умудрился добиться такого эффекта? И сколько всего пришлось Хоарану выдержать, прежде чем наставник остался доволен?
Сейчас рыжий выглядел усталым, чего Джин, в общем-то, и ожидал. Он покосился на часы и недовольно нахмурился. Хватит ли корейцу времени, чтобы отоспаться? Вроде как.
Он поднялся с дивана и подошёл к окну, убедился, что внизу никого, осторожно выглянул на террасу и проверил с другой стороны подходы к отелю. Никаких подозрительных субъектов поблизости не наблюдалось. Загадочные преследователи пока не вышли на их след, но могли это сделать в ближайшее время - всё-таки рыжий приметный и запоминающийся, впрочем, как и сам Казама. Легко можно порасспрашивать людей и в итоге выследить их. Наверняка рыжий тоже это знал, но не похоже, чтобы он беспокоился.
Джин проснулся на рассвете от тихого размеренного звука. Обнаружил, что во сне улёгся поперёк кровати и запутался в простыне, влажной от пота. Повертевшись и немного выпутавшись из ткани, он сонно вскинул голову и поискал взглядом источник звука.
Рыжий сидел у окна и сосредоточенно точил нож.
С добрым утром, да уж...
На подоконнике лежали пистолет, запасная обойма и разряженный телефон.
Джин уткнулся подбородком в скрещенные запястья и принялся наблюдать за Хоараном. Тот отложил брусок в сторону, протёр лезвие и прихватил телефон, аккуратно поддел остриём верхнюю панель и снял. Кнопочки, дисплей, проводки и прочая муть - Казама различил это издали. И что такого? Что кореец хотел найти в обычном мобильном телефоне? Ещё одну мину?
Рыжий осторожно ткнул ножом в районе кнопки с номером пять, поковырялся и выудил что-то крошечное.
- Что там? - не удержался от вопроса Джин.
- Маяк.
- Он работает?
- Вряд ли. - Хоаран собрал телефон обратно и оставил его на подоконнике, спрятал пистолет и обойму, а затем подошёл к кровати и мимоходом взъерошил ладонью волосы Казамы. Вслед за лёгким и приятным блаженством тут же прилетело по голове: - У тебя десять минут на душ и сборы.
Джин едва не прикусил себе язык от неожиданности и досады. Вот сволочь!
- Однажды я тебя...
- Не сомневаюсь. Девять минут.
Тихо ругаясь себе под нос по-японски, он замотался в простыню и пошлёпал в душ. И теперь он очень хорошо понимал тех, кому довелось иметь дело с рыжим в армии. Да он и в джунглях ещё это понял, просто окончательно понимание оформилось именно сейчас. Категоричность - вот что бесило больше всего. Хоаран просто-напросто игнорировал любые возражения и любые мнения - пресекал на корню и душил в зародыше. Война - его сфера, действительно, ведь она ничем не отличалась от той жизни, к которой он привык с младенчества. Когда требовалось выжить, Хоаран рассчитывал лишь на себя и ни на кого больше, потому что это и был его образ жизни всегда.
Джин попытался представить себе, как жил бы в детстве без матери, но не смог. Воображения не хватало, чтобы понять, как ребёнок вообще в состоянии выжить в полном одиночестве среди множества обиженных жизнью людей. Джину даже представлять это и не хотелось, потому что такому одинокому ребёнку просто никто не нужен - никогда. И тот человек, что вырастет из такого ребёнка... Что он видел? Как он это видел? Что для него значили все те картины, которые мелькали изо дня в день перед глазами? И что он чувствовал, понимая, что ему не на кого рассчитывать, что никто не придёт ему на помощь, что никому до него нет дела?
Джин умылся и бросил быстрый взгляд на собственное отражение в зеркале.
Кого видел Хоаран, когда смотрел на это лицо? Соперника, зажравшегося мажора или просто любовника? Или кого-то другого? Например, с рогами и крыльями... Нет, стоп, так не пойдёт.
Казама снова плеснул водой в лицо, вытерся и накинул на плечи высохшую за ночь рубашку, неторопливо застегнул четыре пуговицы, на оставшиеся две махнул рукой и вернулся в комнату. Рыжий уже поджидал его у входной двери, коротко кивнул и вышел на террасу. Они спустились вниз по лестнице и встретили бабку.
- Доброе утро, - просиял Хоаран.
- Доброе... Мальчики, про вас тут расспрашивали, - проскрипела хозяйка.
- Надо же, - восхитился кореец.
- Рожи их мне не понравились, так что... - Бабка махнула рукой.
- Да, рожи противные.
- Ещё какие! А как зыркали? Не местные, точно говорю, акцент такой смешной ещё.
- Южане, - кивнул со знанием дела Хоаран.
- Во-во! Солёные шкуры! И якорь у одного на шее, чтоб ему в глотку...
- Слева и с зелёным отливом, - подтвердил рыжий. Казама просто немо смотрел на него и пытался понять, откуда этот прохиндей знает такие мелочи.
- Точно! - хлопнула ладонью о ладонь старуха. - Я им сказала, что постояльцев нет. Откуда им взяться в разгар недели. И убрались псы, хвосты поджавши.
- Спасибо, добрая госпожа, - улыбнулся кореец и слегка поклонился. - Всего вам хорошего.
- И вам доброго пути...
Они выскочили на улицу и свернули к рынку, чтобы добраться до вокзала окольными путями.
- Откуда ты?..
- Ниоткуда, она сама всё рассказала, ты же слышал.
- Нет, но ты же...
- Я просто повторял за ней, чуть меняя слова и сохраняя интонации. Зеркалил её, вот и всё. Любой человек любит своё отражение в зеркале, что тут сложного? Хочешь понравиться - зеркаль, хочешь разозлить - возражай. Прописная истина. Что у нас с деньгами?
- Только на билеты хватит. А откуда про якорь?
- Она же сказала - южане, моряки. Что к югу? Пираты. У большинства мода на тату якоря. Тату специфичная - отливает зеленью. Под это описание уйма народа подходит. Просто теперь мы знаем, что и на море за нами будут бегать. Давай деньги.
Рыжий остановился в тени складских контейнеров рядом с вокзалом. Джин вручил ему остатки их финансовых сбережений.
- Подожди тут.
- Зачем?
- Если там нас ждут, проще будет выкрутиться.
Кореец перемахнул через низкую оградку, через бордюр и сунулся к двери дополнительного хода. Тёмный прямоугольник на фоне светлой стены здания вокзала. Джин переступил с ноги на ногу и мрачно уставился на этот прямоугольник.
Минута ожидания показалась часом, ещё семь минут Казама прожил с большим трудом. Какого дьявола? Неужели там очередь на два десятка человек за билетами? Быть не может. Рейс утренний, большинство пассажиров закупают билеты заранее - об этом рыжий тоже упоминал. И до отхода автобуса осталось менее двадцати минут.
Джин перебрался через оградку и направился к двери, ухватился за ручку и потянул на себя, но замер, различив резкое:
- Где груз?
- Какой груз? - Это Хоаран. Его голос, как и его "английский", Джин узнал бы везде и всегда. Он подался вперёд и заглянул в тонкую щель. Кореец стоял в свободной позе лицом к входной двери, за его спиной сумрачный коридор вёл к двери кассового зала - она была закрыта. Перед рыжим стояли двое, перекрыв ему путь к выходу. Двое с пистолетами: оружие того, что левее, Казама видел отчётливо, а у того, что правее... догадался по положению рук. Парочку и Хоарана разделяло расстояние в три-четыре метра. На такой дистанции рисковать глупо, да и оба противника не казались новичками, стало быть, рискни Хоаран - и один из парочки непременно попадёт в него. Нужно отвлечь их. Но если Джин сделал бы это... От двери до этих двоих - метра три, и вряд ли дверь откроется без скрипа, к тому же, она открывалась наружу, а не внутрь.
Только иных вариантов нет.
Казама резко распахнул дверь, и одновременно с этим двое начали оборачиваться... под почти слитный звук двух выстрелов. Стрелял рыжий. В тот момент, как Джин распахнул дверь, он просто упал на пол, выхватив пистолет, и выстрелил дважды. Пока парочка оседала вниз, Хоаран вскочил, пролетел мимо Джина и рванул обратно к контейнерам. Казама торопливо закрыл дверь и поспешил за напарником.
- Ну?
Кореец прислонился спиной к одному из контейнеров и выглянул из-за выступа, чтобы проверить, бежит ли кто следом.
- Что это было? - настойчиво потребовал объяснений Джин.
- А догадаться? У них больше ресурсов, чем думалось.
- Я так понимаю, что нам надо ловить другой автобус?
- Автобус отменяется вообще. У нас нет денег, - "порадовал" Хоаран.
- А куда ты дел те, что...
- К несчастью, я успел купить билеты. Но теперь они бесполезны. Денег нет. У нас ничего не осталось.
- Вообще?
- Вообще, поэтому и не мечтай об автобусе. Пошли.
Они попетляли по складскому сектору, к рынку сворачивать не стали и вышли к центральной улице, где постарались смешаться с толпой. Выглядело это забавно, учитывая низкорослость местного населения и обилие типичных местных антропологических особенностей. Хоаран и Джин возвышались над прохожими головы на две-полторы, что уже бросалось всем в глаза. И яркая шевелюра корейца сводила на нет все попытки стать незаметнее.
- Надо тебя покрасить в чёрный...
- Да пошёл ты!
- Это была здравая мысль.
- Сказать, что с этой здравой мыслью ты можешь сделать?
- Я догадался. Смотри... - Казама кивнул на вывеску на стене одного из магазинчиков. Там крупными буквами по-английски говорилось о найме грузчиков.
- К чёрту, - фыркнул рыжий.
- Тридцать баксов за контейнер. Ты же сам сказал, что у нас вообще ничего не осталось! - возмутился Джин.
- Лично у меня ещё осталось чувство юмора, - фыркнул кореец.
- Зараза.
- Завидно? Красная цена - сотня за контейнер, за тридцать баксов я даже мизинцем не шевельну. - Рыжий свернул на боковую улочку.
- Для нас сейчас и тридцать - целое состояние. Какой же ты... Ты... А, забудь.
- Да ладно, я всё понимаю, - Хоаран добродушно похлопал Джина по плечу, - ты у нас японец, человек импульсивный, говоришь не то, что думаешь, харакири из-за ерунды на каждом шагу делаешь...
От подзатыльника кореец увернулся с блестящим профессионализмом и довольно улыбнулся, в светло-карих глазах сплясали джигу чёртики.
- Я придумал выход получше, - подмигнул он Казаме.
- На работу стриптизёра я сразу не согласен.
- Надо же... Такое мне даже в голову не приходило. Тоже неплохо, но я о другом. - Он мотнул головой в сторону припаркованной у тротуара машины. - Пока никто не видит...
- С ума сошёл? - зашипел ему вслед Казама, но уже было поздно. Рыжий метнулся к дверце и просто распахнул её - не заперто.
- Шевелись, - велел он и забрался внутрь.
- А ты сможешь завести?.. - Джин умолк, плюхнувшись на сидение и уставившись на ключ в замке зажигания.
Хоаран шустро завёл автомобиль и погнал вперёд, свернул налево, выехал на широкий проспект и помчался к выезду из города.
- Почему машину не закрыли? И ключ... Тебе не кажется это странным? - удивлённо протянул Казама, обернулся и глянул на заднее сидение. Ухватив один из бумажных пакетов, сел нормально и показал добычу корейцу.
- Косячками мы обеспечены до самого Фантхьета, - развеселился Хоаран. - Машина мафии, видимо. Но мы ж не местные, откуда нам было знать?
- То есть, теперь у нас ещё и мафия на хвосте будет? - уточнил на всякий случай Казама и бросил пакет обратно. - Слушай, у тебя в армии все дела с таким же шумом проворачивались?
- Да где уж там... На операции отводилось слишком мало времени - толком не развернёшься, - не скрыв иронию, ответил рыжий. - Не плачь, мы уберёмся из Вьетнама раньше, чем наши портреты украсят страницы местных газет. И всё равно - у нас же документов при себе нет, значит, терять тоже нечего.
- Интересные у тебя рассуждения.
- Нормальные. Нет прав, нет паспорта. Нет бумажки - нет и человека, чего уж проще. Считай, что нас тут нет. Мы - невидимки. Даже если поймают, то пока разберутся...
- А разбираться вообще станут?
- Зависит от того, нужен ли им груз.
- Тот груз, что ты вёз сюда из Кореи? И что это за груз? Разве это не байк? Выходит, груза у нас и нет. Косячки - не в счёт.
- Будет лучше, если ты пока про груз ничего знать не будешь, - бросил Хоаран и, миновав мост, остановился на обочине. - Ты поведёшь дальше.
- Э?
Поздно. Рыжий распахнул дверцу и выбрался из салона. Пришлось поменяться с ним местами. Через минуту Джин уже выруливал на дорогу, а Хоаран с удобством устраивался в кресле пассажира.
- А сам чего?
- Подменю, если устанешь, - прикрыв глаза, отозвался кореец и откинул голову на спинку.
- Не любишь водить машины?
- Мой стиль не подходит для обычного вождения.
- Почему?
- Какая разница? Просто рули и рассказывай что-нибудь.
Джин немного удивлённо покосился на спутника, удобно развалившегося на сидении с закрытыми глазами.
- И что рассказывать? Ты и так всё знаешь.
- Неа. Можешь рассказать, как впервые прищемил дверью палец в детстве. Или как подрался с соседским мальчишкой.
- Не было у меня никаких соседских мальчишек. Только мама.
- И как? - Кажется, в голосе рыжего прозвучал неподдельный интерес.
- Что "как"?
- Ну... - Хоаран немного помолчал. - Как это было? На что похоже?
Джин крепче стиснул пальцами руль. Здорово просто. Как такое можно описать? Это же естественно, все это знают. То есть... Хоаран, конечно, нет, не знает. Поэтому и спросил? Или по иной причине? Но как можно объяснить ему, что такое "мать", и каково быть с ней рядом?
- Просто... Чёрт возьми, ты специально задаёшь такие сложные вопросы? Это как... когда рядом есть кто-то, кому ты веришь, кто всегда ждёт тебя, кто всегда попробует понять, научить, поддержать... У тебя совсем друзей не было, что ли? А мастер Бэк? Ну вот примерно то же самое.
- При чём тут наставник? - вздохнул Хоаран. - У меня нет права рассчитывать на что-то подобное с его стороны.
- Почему? Он же дорожит тобой.
- И что? Я просто его лучший ученик, но я ему никто. Я ему чужой. В любой момент может прогнать, если захочет. И мне придётся уйти. Все это знают. Ему и так пришлось много нелестного выслушать, когда он решил взять меня в ученики. И до сих пор приходится. По большому счёту, все считают это его блажью, которая в любой момент может пройти.
- Шутишь? - с подозрением спросил Джин, припомнив свою встречу с Бэком и его беспокойство о Хоаране. - И он мог бы усыновить тебя.
Рыжий отвернулся, и в салоне повисла тягучая мрачная тишина.
- Мог бы. Но не усыновил, - тихо отозвался наконец кореец, но всё так же продолжал смотреть в окно. - Значит, ему это не нужно. Мне - тоже. Не волнуйся, я знаю своё место.
- Какое ещё место? Сам поговори с ним об этом.
- Чёрт, Джин, ты умеешь слушать? У меня нет на это права. Я просто его ученик - и всё. Если бы наставник захотел... он сказал бы. Не говорит - не хочет. Отстань и рули молча.
- Нет уж, я...
- Заткнись.
И вновь лишь шум мотора и ветра, и тишина. Казама закусил губу и в который раз покосился на Хоарана. Наверное, рыжего это всё-таки волновало. И, наверное, он сам постоянно задавался вопросом, почему мастер Бэк выбрал именно его.
Джин, в принципе, понимал, насколько Хоаран прав, потому что его происхождение действительно создавало ему лишние проблемы в нормальных кругах общества. Это только у байкеров и на улицах никого не заботило, из какой он семьи, зато заботило всех прочих. Быть может, по этой причине Хоаран и не рвался учиться, поскольку его бы потом всё равно спросили о семье, и, услыхав ответ, вежливо, но твёрдо посоветовали бы подыскать себе что-то иное, попроще. И Казаму это бесило - то, что кто-то мог оценивать рыжего не по его настоящим достоинствам, а всего лишь с позиции происхождения. И ему всё-таки хотелось бы, чтобы мастер Бэк назвал этого рыжего заразу сыном не просто так, а по-настоящему. А то отношения у них...
Любому дураку ясно, что Бэк и Хоаран могли бы быть семьёй, но оба же ведут себя с соблюдением всех этих идиотских формальностей! Танцы французских парламентёров по тонкому льду, чтоб их! Даже в прорубь проваливаются с исполнением всех церемониальных па. И ведь рыжий в жизни рядом не стоял с дисциплиной и правилами, но с Бэком - сама безупречность. Почти - огрызается часто, конечно, но таки в рамках.
- Ты помнишь хоть что-нибудь? Хоть какие-нибудь детали из детства? - тихо спросил Джин.
Кореец коротко мотнул головой, отрицательно.
- Неужели совсем ничего?
- Мелодию. Но я её не помню.
- Эээ? Как это? Или помнишь, или не помнишь.
- Она мне снится. Иногда. Я точно знаю, что слышал её в детстве, но когда просыпаюсь, я уже не могу её вспомнить. Даже не знаю, песня это или просто музыка. Могу вспомнить только во сне.
- И только? Больше ничего? Лица? Голоса? Детали какие-нибудь? Ну хоть первое нормальное воспоминание есть?
- Нож. Хороший нож. На лезвии было немного ржавчины. Нашёл, когда пытался открыть устрицу. Наверное, мне было лет пять, не знаю. Это первое, что я помню отчётливо. До этого - ничего. Я удовлетворил твоё любопытство? - Мрачный взгляд искоса энтузиазма Казаме не прибавил.
- Иногда мне не хочется знать о твоих воспоминаниях вообще ничего... - пробормотал он.
- Тогда не задавай глупых вопросов. Наставник держит меня при себе, потому что я лучший. Это правильно. Либо ты лучший, и тебя все любят, либо ты не лучший и никто. Эта та реальность, в которой вырос я. Либо я побеждаю, либо побеждают меня - других вариантов нет. Если ты не готов к бою каждую секунду - ты просто труп. Всё просто и честно. Это - мои воспоминания. И это - моя жизнь, извини, другой я не знаю. И тебе не нужно ломать себе голову, размышляя об этом. Ничего сложного тут нет. И ничего загадочного. Таковы правила игры - вот и всё. Я знаю, что могу и умею выбирать. Есть я и есть то, что вокруг. Я могу влиять на это и делать выбор, а влиять на меня и выбирать за меня не может никто. Я постоянен и неизменен, всё вокруг - изменяющаяся формула.
"Забавно, что у тебя - наоборот. Всё вокруг - неизменно, зато ты сам - постоянно меняющаяся формула", - напомнил о своём существовании Тёмный.
Джин крепче сжал руль пальцами и стиснул зубы. Он промолчал, раз уж не испытывал желания спорить с Демоном.
"Кажется, я понял, почему ты с ним".
"Неужели?"
"Да, понял. Этот упрямый придурок сам по себе цельный и самодостаточный, контролирующий сам себя всегда и во всём, но постоянно ведущий внешние сражения. Ему нет нужды менять себя и подстраиваться под обстоятельства, он привык менять обстоятельства и всё вокруг под себя. Тот, кто знает и умеет лишь это. Да и зачем ему подстраиваться под внешний мир, если он всегда был одиноким? Ради кого ему было стараться? Он знал, что всё зависит лишь от него самого и привык полагаться лишь на себя. Есть он и есть те, кто против него. Поэтому он и ведёт внешние сражения - это более чем естественно. Он похож на "око урагана". Покой внутри - буря снаружи", - весело закончил Тёмный.
"Не вижу ответа на мой вопрос".
"Потому что ты тоже умом не блещешь. Ты - его полная противоположность. У тебя ведь было ради кого стараться, поэтому ты легко воспринимаешь перемены вокруг и подстраиваешься под них. Вокруг тебя всегда покой и полный штиль, зато внутри... Именно, ты постоянно ведёшь внутренние сражения. И внутренние сражения требуют больше сил и энергии. Этот вот рыжий почти не тратит собственные силы - затраты на внешние бои минимальны, зато ты тратишь их много и постоянно. И тебе необходимо, чтобы кто-то был рядом с тобой и восполнял твои потери за счёт... гм... чего-нибудь. Думаю, ты понял, за счёт чего именно, да? В общем, ты и он действительно даёте друг другу то, в чём больше всего нуждаетесь. Острый язык этого придурка мало кто в состоянии выдержать, а у тебя получается. Ты ведь даже не злишься на самом-то деле, тебе это даже нравится. И характер у него ни к чёрту, а ты же терпишь и в состоянии принимать его нрав таким, какой он есть. В ответ ты получаешь его же силы, за счёт которых восполняешь собственные. И в ответ он меняет твои эмоции - их полярность. Мрачное на светлое. Гм, забавно всё-таки. Считай, что он для тебя - генератор и трансформатор, а ты - его амортизатор".
"Почему амортизатор?" - опешил Джин.
"Потому что ты его смягчаешь. Смягчаешь его воздействие на всё вокруг, убавляешь яркость и гасишь резонанс, который он вызывает своим существованием в мире. Ты вообще единственный, кто в состоянии его выдержать без попытки прикончить при этом. Мне следовало раньше сообразить, в чём тут дело". Тёмный прямо-таки излучал самодовольство.
"Не думаю, что..."
"Казама, рядом с ним ты хочешь жить, а не умирать. Подумай вот об этом и попробуй сказать, что я не прав. Он - твой источник энергии. Без него ты выдыхаешься. Он даёт тебе силу и то, что ты называешь любовью, ты даёшь ему хаос. Так что ты тоже для него - источник энергии. Просто ему другая энергия нужна. Ему нужен материал, который можно менять. Ему постоянно что-то нужно, что-то, на что он может направить свою силу. Ему не нужен штиль, штиль его просто убьёт, потому что он сам - абсолютный покой и штиль. И любовь ему не нужна, он слишком привык к одиночеству и понятия не имеет, что такое "мать", "семья" и что такое "быть кем-то любимым". Ну, считай, что вы как плюс и минус, вот и... Понял?"
"Он - покой внутри и хаос снаружи, а я - хаос внутри и покой снаружи? Странная у тебя теория".
"Зато верная и настоящая, соответствующая истине более чем полностью".
Джин бросил быстрый взгляд в сторону рыжего и убедился, что тот либо задремал, либо хорошо притворился спящим. Хотя неудивительно, если у Хоарана была возможность поспать хоть немного, обычно он ею охотно пользовался. Он вообще любитель поспать, коль уж рядом нет драки, байка, гаража или яхты. Или мастера Бэка.
Казама притормозил на перекрёстке, потянулся к регулятору наклона спинки и плавно ослабил его. Рыжий теперь удобно полулежал на сидении. Он вздохнул, немного повозился и попытался выпрямить длинные ноги по максимуму, но не вышло, потом прикрыл предплечьем глаза от ярких лучей солнца.
Джин опустил козырёк со стороны корейца, чтобы обеспечить ему дополнительную тень, заглянул в бардачок, ничего интересного не нашёл и опять бросил ладони на руль и рычаг. Вверху на светофоре всё ещё горел красный. Казама чуть прищурился, затем опустил и свой козырёк. Обнаружил небольшой карманчик в обивке, пошарил там и выудил немного денег. Совсем чуть, хватило бы только на лёгкий перекус в каком-нибудь кафе, но и это уже неплохо. Он сунул деньги в карман и мягко тронул вперёд на зелёный. На следующем перекрёстке сверился с картой и прикинул время. Ехать приходилось не по основной магистрали, а обходными дорогами, и их качество оставляло желать лучшего. По основной магистрали они бы добрались до Фантхьета меньше чем за три часа, но по обходным... Часов пять, наверное. К тому же Джин никогда тут не был и уже пару раз пропустил нужные повороты, из-за чего пришлось возвращаться.
Через несколько часов жажда стала нестерпимой. Казама съехал на узкую тропу перед мостом и остановил машину в тени неподалёку от ручья, заглушил мотор и покосился на ноги рыжего. Медленно и неторопливо ощупал взглядом голени, колени, бёдра, добрался до груди, плеч, шеи, а когда с подбородка перебрался выше, наткнулся на насмешливый взгляд Хоарана. Поспешно отвернувшись, сердито буркнул:
- Пить хочу. В ручье вода нормальная?
- Неа. Но у берега всегда можно найти пару подземных источников. Устал?
- Не устал.
- Ага...
Рыжий выбрался из салона, прихватив их единственный пакет с вещами, и устроился на берегу ручья. Казама тоже вылез наружу, нашарил пару пластиковых бутылок на заднем сидении и пошёл искать подземные источники. Даже нашёл один и набрал изумительно чистой и холодной воды, заодно и сам напился вволю.
Хоаран ждал его у машины. Он снял кожаные чехлы и жилет, оставшись в джинсах и накинув на плечи купленную в Хонкване лёгкую рубашку с длинными рукавами, правда, застегнуть рубашку ему и в голову не пришло.
Джин сунул бутылки с водой в салон и вопросительно глянул на рыжего.
- Открой багажник, - предложил ему кореец.
Он послушно ткнул в кнопку, обошёл машину и открыл багажник. И тут же закрыл.
- Это...
- Угу, не галлюцинация. Какие будут предложения? - весело хмыкнул Хоаран и привычно сунул большие пальцы за широкий ремень.
- Эээ...
- Ещё нет. Предлагаешь доделать работу?
- Спятил? Нет, конечно. Но так вот тоже нельзя оставить.
- Ещё бы. Если остановят на посту каком-нибудь, хороши же мы будем со своими нелепыми объяснениями.
- Но как тогда?
- Ну, можно просто выкинуть из багажника прямо сейчас и уехать. Можно выкинуть, развязать и уехать. Можно добить и прикопать. За что проголосуешь?
- Второй вариант, - подумав, решил Казама и опять открыл багажник. Внутри лежала хорошо связанная девушка со свежим фингалом слева и... слегка одетая. - Кто она вообще такая?
- Включи мозги, - посоветовал Хоаран. - Работала в борделе, судя по всему, и решила уйти на вольные хлеба. Остальные были против, как видно.
- С чего ты взял?
Рыжий недовольно поморщился и пожал плечами.
- По-твоему, я таких в жизни ни разу не видел? Её сейчас даже не беспокоит тот факт, что ты пялишься на её цацки.
Джин поспешно отвёл глаза от груди девицы.
- Не пялюсь, я узлы искал.
- Ага. Потому она и спокойна, сразу поняла, что у тебя на неё...
- Помолчи, ладно? - огрызнулся Казама и выволок девчонку из багажника. Он потеребил узел на спине, но успеха не добился. Хоаран достал нож и спокойно разрезал верёвку. Девица свернулась клубком, лихорадочно растёрла запястья и уставилась на них огромными перепуганными глазищами.
- Может, взять её с собой? - неуверенно предложил Джин.
- Глупо. В таком виде в крупном городе её живо пристроят всё туда же, и она снова сделает ту же глупость. Вряд ли ей опять так же повезёт. Здесь рядом есть несколько небольших деревень, там люди проще. Она сможет наплести им небылиц про нападение какое-нибудь, её пожалеют, дадут одёжку, покормят, а то и приютят. Для неё так будет лучше. Поверь, она не из тех, кто теряется. Поехали.
Кореец круто развернулся, обошёл машину и уселся на пассажирском сидении. Казама чуть помедлил, кивнул девушке и тоже забрался в салон.
- Ты уверен? Она не кажется такой уж опытной...
- Уверен, - вздохнул Хоаран. - Если ты решил заняться благотворительностью, упрекнуть тебя не могу, но сейчас нам не до этого. С ней всё будет в порядке, она не так наивна, как ты. И она всё равно будет верить только себе, а нас подозревать во всех смертных грехах сразу. При удобном случае обворует и сбежит.
- Не думаю, что...
- Вот и не думай, а рули, - резко поставил точку в беседе рыжий.
Казама бросил последний взгляд в зеркало заднего вида, убедился, что девица выпуталась из верёвок и метнулась к ручью, где и принялась плескаться. Выглядела она действительно очень довольной и явно не переживала из-за того, что осталась одна.
- Ты зачем "цвета" снял? - вспомнил вдруг о том, что его удивило, Джин.
- Чтобы не задерживаться из-за ерунды. В Фантхьете чужая территория, а я даже без коня сейчас. Или ты не против, если я буду тратить время на разборки со всеми желающими объяснить мне, насколько они круче и насколько я не прав, когда забредаю на их территорию? Они и без "цветов" меня опознают сразу, зато проявленная мною вежливость лишит их удовольствия устраивать разборки без веской причины. У наших нет тут договоров дружбы или войны, так что я для местных - нейтральный. Но у них тут пара давних междусобойчиков. Если я в своих "цветах" полажу с одними, со вторыми мне придётся воевать. И есть шанс, что я не полажу со всеми разом, тогда будет совсем весело, да? Поэтому просто проедем мимо - мы не местные.
- Как всё сложно...
- Не говори ерунды, как раз наоборот - всё очень просто. Сверни там вон налево.
- А что там?
- Самая удобная дорога и напрямик к припортовым кварталам.
- Ты уже тут был?
- Ага. Я же говорил, что у меня тут есть знакомый. - Прикрыв глаза и откинувшись на спинку, рыжий едва слышно добавил: - Надеюсь.
- Поясни-ка, - тут же заподозрил неладное Джин.
- Мы стремительно расстались в прошлый раз. Откуда мне знать, какое это на него произвело впечатление?
- А что тебе мешало попрощаться?
- Три полицейских катера и один бронетранспортёр. Они хотели мои документы и свои документы, которые я случайно прихватил из сейфа военного министерства, а моё начальство возражало и жаждало получить мой доклад и чужие бумажки. Пришлось стремительно вернуться домой.
- А ты мог не брать чужие бумаги?
- Там фигурировали данные по Южной Корее, и я в спешке решил, что это наши бумажки, которые вьетнамцы у нас спёрли. Решил восстановить справедливость и вернуть их на родину.
- Хоа, ты вообще умеешь быть серьёзным?
- Это скучно, Джин, - хмыкнул рыжий.
Казама чуть прищурил глаза, различив впереди пока ещё неясные контуры пригорода. Справа у самого горизонта он уже разглядел намёк на морскую гладь. Через полчаса справа красовались разнокалиберные плавучие средства, а пригородные кварталы становились всё гуще, многочисленнее и многолюднее.
- На следующем перекрёстке бери правее, пока не выедешь на набережную, дальше дуй по прямой до вывески с дырявым ботинком, - лениво подсказал Хоаран. - И надейся на удачу, тогда в море выйдем уже сегодня вечером.
- Надеюсь, - пробормотал Джин, сосредоточившись на управлении. Нужное здание он опознал по той самой вывеске, только она не висела, а стояла у стены. Двухэтажная обшарпанная постройка у самой воды, вокруг свободная площадка, кое-где стояли автомобили, поодаль - ряды контейнеров. Джин остановился метрах в десяти от высокого крыльца и заглушил мотор.
- Нам точно сюда?
- Ага. Так, если вдруг что, знаешь, что делать, да? - застёгивая рубашку на пуговицы, уточнил рыжий.
- А что может случиться "вдруг"? - спросил из вредности Казама.
- Что угодно. Видишь вон тот тёмно-зелёный контейнер? Там у них склад. Оружейный. Если что, нам туда.
- А это не чревато?
- Не чревато. Те запасы, что у них при себе, они растратят, пока мы до склада добежим. Но если вдруг не выйдет, то дальше по набережной главный корпус полиции, можно заскочить и передать привет.
- Хоа, а можно обойтись без всяких "вдруг"?
- Можно, но сложно. Тут тебе не мажоры, играющиеся в цивилизацию. Прав тот, кто остаётся в живых. Пошли уже...
Кореец застегнул рубашку на последнюю пуговицу и внезапно бросил на Джина странный взгляд искоса.
- Ты помнишь, что такое поединок?
Казама уставился на него слегка ошарашенно.
- Конечно.
- Прекрасно. А теперь забудь об этом - здесь поединков не будет. И нет нужды сдерживаться. Никому тут не нужны справедливость и прочие красивые слова. Как только ты зайдёшь в ту дверь, ты будешь сам за себя, ясно? Постарайся не дать себя прикончить - во избежание. Тебя трудно прикончить, но проводить исследования твоей природы в полевых условиях мне не улыбается. Тебе, думаю, тоже. Идём.

Продолжение в комментах

@темы: фанфикшен, Огонь и Ветер, Tekken, Jin, Hwoarang/Хоаран, Devil Jin

URL
Комментарии
2013-02-15 в 04:50 

Шу-кун
Kimse tutamaz beni artık ©
Курить 2 - читать дальше

URL
2013-02-15 в 04:50 

Шу-кун
Kimse tutamaz beni artık ©
Курить 3 - читать дальше

URL
2013-02-15 в 04:51 

Шу-кун
Kimse tutamaz beni artık ©
Курить 4 - читать дальше

URL
2013-02-15 в 04:51 

Шу-кун
Kimse tutamaz beni artık ©
Курить 5 - читать дальше

URL
2013-02-15 в 04:52 

Шу-кун
Kimse tutamaz beni artık ©
Курить 6 - читать дальше

URL
2013-02-15 в 04:52 

Шу-кун
Kimse tutamaz beni artık ©
Курить 7 - читать дальше

Комментарии - сюда

URL

spilerCaer

главная